Arms
 
развернуть
 
693000, г. Южно-Сахалинск, ул. Бумажная, д. 34
Тел.: (4242) 49-82-69
49-82-90 (ф.)
u-sahalinsky.sah@sudrf.ru
показать на карте
693000, г. Южно-Сахалинск, ул. Бумажная, д. 34Тел.: (4242) 49-82-69; 49-82-90 (ф.)u-sahalinsky.sah@sudrf.ru

 

  
Официальный интернет-портал правовой информации Президент России


             Пресс-служба
         судебной системы
      Сахалинской области

ПОИСК


Поступающие на электронную почту и электронную приёмную "обращения граждан" документы процессуального характера (апелляционные жалобы, кассационные жалобы, ходатайства об отложении судебного заседания и другие заявления процессуального характера) не будут приниматься к производству и учитываться при принятии решении, поскольку не содержат подписей лиц, отправивших документ.

При подготовке обращения просим принять во внимание, что суды не могут давать юридические советы по применению законодательства и не вправе осуществлять консультации по существу конкретных дел.

Вопросы такого рода рассматриваются в соответствии с действующим законодательством. В соответствии c Федеральным законом от 02.05.2006г. № 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации» обращение не будет принято к рассмотрению, если в нем содержатся некорректные высказывания в адрес работников суда, других лиц, а равно государственных органов.



ДОКУМЕНТЫ СУДА
Бюллетень судебной практики Сахалинского областного суда за 2 квартал 2020 года

БЮЛЛЕТЕНЬ

САХАЛИНСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА

 

2 квартал 2020 года

 

Судебная практика по уголовным делам

 

Общественно опасное посягательство,  сопряженное с насилием, опасным для здоровья и жизни обороняющегося, в силу требований части 1 статьи 37 Уголовного кодекса Российской Федерации, предоставляет обороняющемуся право на причинение посягающему лицу любого вреда

 

Как следует из материалов уголовного дела, органами предварительного следствия П. обвинялся в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью Ч., опасного для его жизни, с применением предмета, используемого в качестве оружия, то есть в совершении преступления, предусмотренного пунктом «з» части 2 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, и в совершении умышленного причинения легкого вреда здоровью Л., вызвавшего кратковременное расстройство здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности, совершенного с применением предмета, используемого в качестве оружия, то есть в совершении преступления, предусмотренного пунктом «в» части 2 статьи 115 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Суд первой инстанции переквалифицировал действия П. с пункта «з» части 2 статьи 111 на часть 1 статьи 114 Уголовного кодекса Российской Федерации, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью Ч., совершенное при превышении пределов необходимой обороны, а по факту причинения вреда здоровью потерпевшего Л. – оправдал П. в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, указав о том, что П. действовал в состоянии необходимой обороны, пределы которой не превысил, тяжкого вреда здоровью Л. не причинил.

Проверяя законность приговора, судебная коллегия признала ошибочными выводы суда первой инстанции о том, что П., нанеся удар ножом в область расположения жизненно важных органов – грудную клетку Ч., превысил пределы необходимой обороны.

Так, из установленных фактических обстоятельств, подтвержденных исследованными судом достаточными и допустимыми доказательствами следует, что двое из троих нападавших на П. находились в агрессивно-активной степени алкогольного опьянения, по возрасту они значительно моложе, на 12 лет, П. (оба нападавших 1998 г.р., а осужденный 1986 г.р.), при этом сам потерпевший Ч. обладает специальными навыками борьбы – имеет 1-й разряд по карате «Киокусинкай», стаж тренировок 15 лет, многократный чемпион Сахалинской области и призер чемпионатов Дальнего Востока по карате «Киокусинкай», кандидат на получение черного пояса по карате «Киокусинкай». Причинив П. ряд телесных повреждений, потерпевшие активно преследовали его, продолжали неправомерное нападение, несмотря на то, что П. пытался убежать от них и скрыться в подъезде дома, и лишь вмешательство третьих лиц - свидетелей Ц. и А. явилось причиной, по которой потерпевшие не смогли завершить задуманное до конца. В течение всего периода противоправных действий потерпевших, со стороны которых было численное и физическое превосходство по отношению к осужденному, последний прикрывал одной рукой свою голову, опасаясь получить удар по ней в связи с имеющимся у него заболеванием, связанным с патологией кровеносного сосуда головы, а другой рукой оборонялся, в том числе, и с помощью ножа, при этом беспорядочно и хаотично размахивая им в разные стороны. Действия нападавших носили непрерывный, продолжающийся характер и, исходя из обстоятельств, для обороняющегося П. не был ясен момент окончания общественно опасного посягательства со стороны нападавших на его жизнь и здоровье.

Как следует из медицинской документации в отношении П., у него имеется заболевание: «Аневризма внутренней сонной артерии без разрыва. ВПС: неполное закрытие овального окна без гемодинамических нарушений», то есть патология кровеносного сосуда, разрыв которого может произойти и при незначительном травматическом воздействии и даже в состоянии покоя, в связи с чем ему противопоказаны тяжелые физические нагрузки, в том числе занятия тяжелой атлетикой и контактными видами спорта, и не рекомендованы тепловые процедуры. Как пояснил в судебном заседании эксперт, данная аневризма может разорваться при травматическом воздействии, человек может умереть даже от подзатыльника.

Изложенное позволило сделать вывод о том, что подвергшийся нападению П., которому потерпевшие наносили беспорядочные удары по телу, в том числе в голову, реально воспринимал угрозу не только его здоровью, но и жизни.

Таким образом, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что общественно опасное посягательство со стороны Ч. и Л. было сопряжено с насилием, опасным не только для здоровья, но и для жизни обороняющегося П., при котором закон (часть 1 статьи 37 Уголовного кодекса Российской Федерации) предоставляет обороняющемуся право на причинение посягающему лицу любого вреда.

В связи с тем, что общественно опасное посягательство со стороны Ч. и Л. представляло опасность для жизни П., он имел право на применение любых мер по защите своей жизни и здоровья, в том числе и на применение ножа, которым он отмахивался и нанес один удар в область грудной клетки потерпевшего Ч.

Кроме того, суд апелляционной инстанции указал, что не имеет значения, каким образом обороняющимся были нанесены удары ножом – целенаправленно либо неосторожно. Нанесение П. удара ножом Ч. в грудную клетку соответствовало характеру и интенсивности нападения на него потерпевших, наносивших ему множественные удары. С учетом изложенного оснований полагать, что П. превысил пределы необходимой обороны не имеется.

Также апелляционным судом было отмечено что, то обстоятельство, что у П. в результате нападения Ч. и Л. были обнаружены лишь телесные повреждения, квалифицируемые как не причинившие вред здоровью человека, на правовую оценку действий П. не влияет.

В связи с этим суд второй инстанции пришел к выводу о том, что П. находился в состоянии необходимой обороны, защищаясь от посягательства, опасного для его жизни и здоровью, а потому причинение им тяжкого вреда здоровью нападавшего Ч. в силу части 1 статьи 37 Уголовного кодекса Российской Федерации не являются преступлением.

При таких обстоятельствах апелляционным определением Сахалинского областного суда от 4 июня 2020 года приговор Корсаковского городского суда Сахалинской области от 18 ноября 2019 года в части осуждения П. за совершение преступления, предусмотренного частью 1 статьи 114 Уголовного кодекса Российской Федерации, был отменен; П. признан невиновным и оправдан по обвинению в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 114 Уголовного кодекса Российской Федерации, на основании пункта 3 части 2 статьи 302 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. На основании части 1 статьи 134 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации за оправданным П. признано право на реабилитацию и разъяснен порядок возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

 

Поскольку при причинении тяжкого вреда здоровью потерпевшего, повлекшего по неосторожности его смерть, предметы в качестве оружия не применялись, то выводы суда о наличии квалифицирующего признака «с применением предмета, используемого в качестве оружия» не основаны на требованиях закона

 

Приговором Корсаковского городского суда Сахалинской области от 21 января 2020 года П. осужден по части 4 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации к 10 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Указанным приговором П. признан виновным в том, что умышленно причинил тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, повлекший по неосторожности смерть потерпевшего, с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Преступление совершено при следующих обстоятельствах: П., в состоянии алкогольного опьянения, находился квартире, где между ним и Д. произошла ссора, в результате чего П. нанес потерпевшей Д. не менее двадцати шести ударов руками, ногами, а также неустановленными в ходе следствия предметами по голове, телу, рукам и ногам, причинив многочисленные телесные повреждения. Смерть Д. наступила 27 июня 2019 года примерно с 18 час. 50 мин. до 21 час. 48 мин. на месте происшествия от двустороннего тотального гемопневмоторакса, который развился в результате тупой травмы грудной клетки, причинившей тяжкий вред здоровью, возникшей в результате не менее трех травматических взаимодействий грудной клетки с тупыми твердыми предметами.

Вместе с тем судебная коллегия исключила из приговора квалифицирующий признак «с применением предмета, используемого в качестве оружия», указав следующее.

Согласно заключению эксперта № 36 от 26 июля 2019 года смерть Д. наступила от тупой травмы грудной клетки. В заключении эксперта помимо телесных повреждений, причинивших тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, также отражены обнаруженные на трупе иные телесные повреждения, в том числе: закрытая черепно-мозговая травма, ушибленные раны, ссадины. Судом установлено, что осколком керамической кружки П. нанес Д. один удар в область щеки, тяжкий вред здоровью осколком кружки не причинялся. Тупая травма грудной клетки причинена ударами твердого тупого предмета с ограниченной контактирующей поверхностью (как установлено судом руками, ногами), индивидуальные особенности которого не отобразились на характере повреждения.

Таким образом, судом фактически установлено, что П. при причинении тяжкого вреда здоровью Д. какие-либо предметы в качестве оружия не использовал. Следовательно, выводы суда первой инстанции о наличии квалифицирующего признака совершения преступления (причинения тяжкого вреда здоровью) «с применением предмета, используемого в качестве оружия» не основаны на требованиях закона и противоречат материалам уголовного дела.

Исключение квалифицирующего признака повлекло смягчение назначенного осуждённому П. наказания.

 

Действия лица, охватывающиеся единым умыслом и приведшие к единому и заранее намеченному преступному результату, следует квалифицировать как единое продолжаемое преступление

 

Приговором Анивского районного суда от 4 февраля 2020 года А. осуждён по пункту «г» части 3 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации к 2 (двум) годам лишения свободы, по пункту «г» части 3 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации к 2 (двум) годам лишения свободы; в соответствии с частью 3 статьи 69 Уголовного кодекса Российской Федерации по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний к 2 (двум) годам 6 (шести) месяцам лишения свободы; в соответствии с частью 5 статьи 74 Уголовного кодекса Российской Федерации условное осуждение, назначенное по приговору Анивского районного суда Сахалинской области от 8 февраля 2019 года, отменено; на основании статьи 70 Уголовного кодекса Российской Федерации по совокупности приговоров к наказанию, назначенному по настоящему приговору суда, частично присоединена неотбытая часть наказания по приговору Анивского районного суда Сахалинской области от 8 февраля 2019 года, окончательно назначено наказание в виде 3 (трёх) лет лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Из материалов уголовного дела и фактических обстоятельств, установленных судом первой инстанции, с которыми согласился А., следовало, что денежные средства он похищал с банковских счетов потерпевшего Л. при помощи приложения «Сбербанк Онлайн».

Вместе с тем органом предварительного расследования А. по эпизодам краж денежных средств, совершенных в период с 25 мая по 28 июля 2019 года, обвинялся по двум самостоятельным преступлениям, предусмотренным пунктом «г» части 3 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации.

При этом фактические обстоятельства предъявленного А. обвинения и установленные судом свидетельствуют о том, что А. в один день и в одно время при помощи приложения «Сбербанк Онлайн», используя пароль на номер «900» получил доступ ко всем банковским счетам ПАО «Сбербанк России», открытым на имя Л. После чего неоднократно похищал денежные средства путем оплаты в онлайн-игре в размере 50 327 рублей и путем их перечисления на свой банковский счет в размере 21 935 рублей, фактически из одного источника, причинив ущерб собственнику Л. на общую сумму 72262 рубля.

Указанное свидетельствует о том, что преступные действия А. охватывались единым умыслом и привели к единому и заранее намеченному преступному результату, следовательно, являются единым продолжаемым преступлением.

При таких обстоятельствах судебная коллегия изменила приговор и содеянное осужденным А. квалифицировала как одно преступление, предусмотренное пунктом «г» части 3 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, как кража, т.е. тайное хищение чужого имущества, совершенная с банковского счета, с причинением значительного ущерба гражданину (при отсутствии признаков преступления, предусмотренного статьей 159.3 Уголовного кодекса Российской Федерации).

С учетом изменения правовой оценки действий осужденного из приговора исключено указание о назначении А. наказания по правилам части 3 статьи 69 Уголовного кодекса Российской Федерации, а назначенное наказание по правилам статьи 70 Уголовного кодекса Российской Федерации снижено.

 

Неуказание в обвинительном заключении локализации нанесенного телесного повреждения, от которого наступила смерть потерпевшего, явилось основанием для отмены приговора и направления уголовного дела прокурору в порядке статьи 237 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации

 

Приговором Корсаковского городского суда Сахалинской области от 12 марта 2020 года К. осужден по части 1 статьи 105 Уголовного кодекса Российской Федерации к 9 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на срок 1 год 6 месяцев.

Согласно обвинению К., находясь в квартире, в ходе конфликта, переросшего в обоюдную драку между ним и С., в состоянии алкогольного опьянения, действуя умышленно, из личных неприязненных отношений, с целью причинения смерти С., осознавая общественную опасность и желая этого, нанес не менее пяти ударов С. неустановленным в ходе следствия твердым тупым предметом, причинив указанные в приговоре телесные повреждения.

После этого, вооружившись неустановленным колото-режущим предметом по типу ножа, нанес не менее 1 удара С., причинив указанные в приговоре телесные повреждения.

По смыслу закона наличие у виновного лица умысла на лишение жизни является обязательным признаком субъективной стороны преступления, предусмотренного статьей 105 Уголовного кодекса Российской Федерации.

При обосновании квалификации действий К. по части 1 статьи 105 Уголовного кодекса Российской Федерации суд указал, что на наличие умысла у осужденного на убийство указывают орудие преступления, а также количество и локализация телесных повреждений – колото-резаное ранение левой боковой поверхности шеи, то есть места расположения жизненно важных органов, вызвавших острую кровопотерю.

При этом суд пришел к таким выводам исходя из заключения судебно-медицинского эксперта, которым установлена локализация обнаруженных на трупе телесных повреждений.

Однако, как следует из приговора, при описании фактических обстоятельств преступления, суд не установил, куда именно К. наносил удары.

Таким образом, в нарушение требований закона суд не установил в приговоре локализацию нанесенных ударов, т.е. не установил обстоятельств, составляющих объективную сторону преступления, подлежащих доказыванию по уголовному делу, что является грубым нарушением требований уголовно-процессуального закона.

При этом неустановление судом, в какие из жизненно важных органов, могущих повлечь смерть, К. наносил потерпевшему удары, не может быть восполнено путем установления судом обстоятельств, куда они пришлись в результате их нанесения.

Данное нарушение закона стало возможным ввиду неконкретно сформулированного обвинения, предъявленного К. на стадии предварительного следствия, а также в обвинительном заключении.

Суд апелляционной инстанции в своем определении указал, что приведенные нарушения создали неопределенность в обвинении, нарушили гарантированное Конституцией РФ право К. на судебную защиту, в связи с чем имеющееся в материалах дела обвинительное заключение препятствует постановлению судом на основе данного заключения приговора или вынесению иного решения, отвечающего принципу законности и справедливости, что в свою очередь повлекло отмену приговора и направление уголовного дела в отношении К. прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в порядке статьи 237 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Отсутствие в обвинительном заключении при описании преступного деяния квалифицирующего признака «с причинением значительного ущерба гражданину» повлекло изменение приговора

 

         Приговором Южно-Сахалинского городского суда от 16 марта 2020 года Р. осуждён по пункту «а» части 2 статьи 161 Уголовного кодекса Российской Федерации к 3 годам лишения свободы, пункту «в» части 2 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации к 2 годам лишения свободы; на основании части 3 статьи 69 Уголовного кодекса Российской Федерации по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний Р. окончательно назначено 3 года 2 месяца лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Вместе с тем суд апелляционной инстанции не согласился с квалификацией действий по факту хищения денежных средств у потерпевшего А. по пункту «в» части 2 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенное с причинением значительного ущерба гражданину в силу следующего. 

Как следует из описания преступления в приговоре, осужденный похитил у потерпевшего денежные средства на общую сумму 84 000 рублей.

Судом апелляционной инстанции установлено, что суд первой инстанции признал осужденного виновным в совершении хищения чужого имущества с квалифицирующим признаком «с причинением значительного ущерба», который при описании преступного деяния органом следствия не описан.

Таким образом, квалифицировав действия Р. по пункту «в» части 2 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации (по факту хищения денежных средств у потерпевшего А.), суд первой инстанции вышел за пределы предъявленного осужденному обвинения, тем самым ухудшив положение последнего, что повлекло переквалификацию действия Р. с пункта «в» части 2 статьи 158 на часть 1 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации и снижение назначенного наказания, как за совершенное преступление, так и по совокупности преступлений.

 

Явное несоответствие времени, затраченного в совещательной комнате на разрешение вопросов, предусмотренных статьей 299 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, времени, в течение которого данный приговор оглашался, явилось основанием для отмены приговора

 

Основанием отмены в апелляционном порядке приговора Южно-Сахалинского городского суда от 28 ноября 2019 года, постановленного в отношении К., явилось существенное нарушение уголовно-процессуального закона - нарушение тайны совещания судей при постановлении приговора (статья 389.15, пункт 8 части 2 статьи 389.17 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Как следует из протокола судебного заседания, выслушав последнее слово подсудимого К., суд в 10:45 28 ноября 2019 года удалился в совещательную комнату для постановления приговора, объявив, что судебное решение будет провозглашено в 10:55 28 ноября 2019 года.

В 10:55 28 ноября 2019 года приговор вынесен и оглашен. После чего разъяснено право его обжалования и подачи заявления об ознакомлении с протоколом судебного заседания, принесения замечаний.

Судебное заседание объявлено закрытым в 11:45 28 ноября 2019 года.

Таким образом, протокол судебного заседания свидетельствует о нахождении судьи в совещательной комнате с 10:45 до 10:55, то есть в течение 10 минут, при том, что на провозглашение постановленного за 10 минут в совещательной комнате приговора, и разъяснения порядка обжалования, потребовалось 50 минут.

Возможность подготовки проектов судебных решений закреплена на законодательном уровне введенной в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации статьей 244.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Вместе с тем указанная норма не отменяет положения, предусмотренные статьей 298 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которым приговор постановляется судом только в совещательной комнате путем разрешения вопросов, перечисленных в статье 299 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе, доказано ли, что имело место деяние, в совершении которого обвиняется подсудимый; доказано ли, что деяние совершил подсудимый; является ли это деяние преступлением, и какими пунктом, частью, статьей Уголовного кодекса Российской Федерации оно предусмотрено; виновен ли подсудимый в совершении этого преступления; подлежит ли подсудимый наказанию за совершенное им преступление; имеются ли обстоятельства, смягчающие или отягчающие наказание; имеются ли основания для изменения категории преступления, в совершении которого обвиняется подсудимый, на менее тяжкую в соответствии с частью шестой статьи 15 Уголовного кодекса Российской Федерации; какое наказание должно быть назначено подсудимому; какой вид исправительного учреждения и режим должны быть определены подсудимому при назначении ему наказания в виде лишения свободы; как поступить с вещественными доказательствами; следует ли отменить или изменить меру пресечения в отношении подсудимого.

С учетом изложенного судебная коллегия пришла к выводу об очевидном несоответствии времени, затраченного на разрешение за 10 минут вопросов, предусмотренных статьей 299 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации для постановления приговора в совещательной комнате, и провозглашение его в течение 50 минут в судебном заседании, что вызывает объективное сомнение в соблюдении председательствующим по делу тайны совещательной комнаты.

При этом судебной коллегией были приняты во внимание объемы уголовного дела по обвинению К., состоящие из 14 томов, приговора – из 37 страниц; время его рассмотрения судом с 19 ноября 2018 года по 28 ноября 2019 года; позиция стороны защиты в судебном заседании, оспаривавшая доказательства виновности в инкриминируемом преступлении и обоснованность квалификации его действий; а также иные обстоятельства и особенности рассмотрения данного уголовного дела, с учетом которых разрешение вопросов, перечисленных в статье 299 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, за 10 минут представляется сомнительным.

Указанное обстоятельство является основанием для отмены приговора и направления уголовного дела на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе суда, так как допущенные судом первой инстанции нарушения Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации являются фундаментальным нарушением закона и не могли быть устранены в суде апелляционной инстанции.

 

Судебная практика по гражданским делам

 

Неправильное исчисление срока для подачи частной жалобы повлекло отмену определения суда об отказе в восстановлении процессуального срока

 

Решением Курильского районного суда Сахалинской области от 14 ноября 2017 года исковые требования Министерства обороны Российской Федерации удовлетворены частично. Н.Н.А., Н.В.В., М.В.И., Н.А.В. признаны утратившими право пользования служебным жилым помещением и выселены из него. Решение вступило в законную силу.

09 января 2020 года Н.Н.А. обратилась в суд с заявлением об отсрочке исполнения решения суда, которое определением судьи Курильского районного суда от 03 февраля 2020 года оставлено без удовлетворения.

Не согласившись с указанным определением, ответчиком Н.Н.А. 20 февраля 2020 года подана частная жалоба, поступившая в суд 26 февраля 2020 года, с ходатайством о восстановлении пропущенного процессуального срока на его обжалование.

Определением суда от 12 марта 2020 года заявителю отказано в восстановлении процессуального срока на подачу частной жалобы на определение судьи от 03 февраля 2020 года.

Проверив определение суда первой инстанции об отказе в восстановлении процессуального срока по частной жалобе Н.Н.А., судебная коллегия по гражданским делам Сахалинского областного суда его отменила в связи с неправильным применением норм процессуального права.

Разрешая заявление ответчика Н.Н.А. о восстановлении процессуального срока на обжалование определения судьи от 03 февраля 2020 года, суд исходил из того, что процессуальный срок на подачу частной жалобы на указанное определение  истек 18 февраля 2020 года, в то время как частная жалоба, содержащая ходатайство  о восстановлении пропущенного процессуального срока, подана 20 февраля 2020 года. Следовательно, срок на обжалование судебного акта пропущен.

Проверяя доводы заявителя о наличии уважительных причин пропуска установленного законом срока, и установив, что причины пропуска срока, указанные в качестве уважительных, таковыми не являются, суд пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения ходатайства о восстановлении процессуального срока на обжалование определения судьи.

Так, при разрешении ходатайства заявителя судом первой инстанции  не учтены положения части 3 статьи 1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой гражданское судопроизводство ведется в соответствии с федеральными законами, действующими во время рассмотрения и разрешения гражданского дела, совершения отдельных процессуальных действий или исполнения судебных постановлений (судебных приказов, решений суда, определений суда, постановлений президиума суда надзорной инстанции), постановлений других органов.

В соответствии со статьёй 332 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации частная жалоба может быть подана в течение пятнадцати дней со дня вынесения определения судом первой инстанции, если иные сроки не установлены настоящим Кодексом.

В силу абзаца 2 части 3 статьи 107 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, действующей на момент вынесения обжалуемого определения, в сроки, исчисляемые днями, не включаются нерабочие дни, если иное не установлено настоящим Кодексом.

Согласно части 2 статьи 108 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если последний день процессуального срока приходится на нерабочий день, днем окончания срока считается следующий за ним рабочий день.

Как следует из материалов дела, определение об отказе в удовлетворении заявления о предоставлении отсрочки исполнения решения суда постановлено 03 февраля 2020 года, следовательно, днем окончания срока на подачу частной жалобы,  с учетом положений абзаца 2 части 3 статьи 107 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и исключения из пятнадцатидневного срока нерабочих дней, является 22 февраля 2020 года (суббота).

Поскольку последний день процессуального срока приходится на нерабочий день, то днем окончания срока считается следующий за ним рабочий день, то есть 24 февраля 2020 года (понедельник) (часть 2 статьи 108 Гражданского процессуального кодекса РФ). 

Принимая во внимание, что в соответствии с почтовым штемпелем на конверте частная жалоба ответчиком сдана на почту 20 февраля 2020 года (том 2, л.д. 117), следовательно, процессуальный срок для подачи частной жалобы ответчиком не пропущен, что не было учтено судом первой инстанции при рассмотрении ходатайства о восстановлении процессуального срока на обжалование определения судьи от 03 февраля 2020 года.

Учитывая, что процессуальный срок для подачи частной жалобы на определение судьи от 03 февраля 2020 года ответчиком Н.Н.А. не пропущен, оснований для разрешения судом ходатайства заявителя и в отказе в его восстановлении срока не имелось.

 

Финансовый управляющий в ходе реализации имущества гражданина, признанного банкротом, ведет в судах дела, касающиеся имущественных прав гражданина, в том числе об истребовании или о передаче имущества гражданина либо в пользу гражданина, о взыскании задолженности третьих лиц перед гражданином

 

ПАО «Азиатско-Тихоокеанский банк» обратилось в суд с исковым заявлением к ООО «ТехИнвест», ООО «Диона», ООО «Бигсан», Л.Р.И., К.Х.В., К.Я.Х., Х.К.Е., Р.М.В., П.Т.Х о взыскании задолженности и неустойки по кредитному договору, обращении взыскания на заложенное имущество.

Определением Южно-Сахалинского городского суда от 27 мая 2016 года между сторонами утверждено мировое соглашение; производство по делу прекращено.

14 ноября 2019 года от Л. Р.И. поступило заявление об отмене мер по обеспечению иска, принятых определением судьи Южно-Сахалинского городского суда от 10 августа 2016 года в отношении автомобиля марки «Lexus LX 570», поскольку решением Арбитражного суда Сахалинской области от 3 июля 2018 года он признан банкротом.

Определением Южно-Сахалинского городского суда от 3 декабря 2019 года в удовлетворении указанного заявления отказано.

Проверив определение суда первой инстанции по частной жалобе Л.Р.И., судебная коллегия его отменила, а заявление Л.Р.И. об отмене мер обеспечения иска оставила без рассмотрения, указав следующее.

Согласно статье 139 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации по заявлению лиц, участвующих в деле, судья или суд может принять меры по обеспечению иска. Обеспечение иска допускается во всяком положении дела, если непринятие мер по обеспечению иска может затруднить или сделать невозможным исполнение решения суда.

Пунктом 1 части 1 статьи 140 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрена возможность такой меры обеспечения иска как наложение ареста на имущество, принадлежащее ответчику.

В соответствии со статьей 144 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обеспечение иска может быть отменено тем же судьей или судом по заявлению лиц, участвующих в деле, либо по инициативе судьи или суда; при удовлетворении иска принятые меры по его обеспечению сохраняют свое действие до исполнения решения суда.

В силу пункта 1 статьи 213.25 Федерального закона  от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного пунктом 3 данной статьи, а именно: из конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством.

Пунктом 2 указанной выше нормы установлено, что по мотивированному ходатайству гражданина и иных лиц, участвующих в деле о банкротстве гражданина, арбитражный суд вправе исключить из конкурсной массы имущество гражданина, на которое в соответствии с федеральным законом может быть обращено взыскание по исполнительным документам и доход от реализации которого существенно не повлияет на удовлетворение требований кредиторов. Общая стоимость имущества гражданина, которое исключается из конкурсной массы в соответствии с положениями настоящего пункта, не может превышать десять тысяч рублей.

В соответствии с абзацем 5 пункта 6 статьи 213.25 Федерального закона от 26 октября 2002 г. №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» финансовый управляющий в ходе реализации имущества гражданина от имени гражданина ведет в судах дела, касающиеся имущественных прав гражданина, в том числе об истребовании или о передаче имущества гражданина либо в пользу гражданина, о взыскании задолженности третьих лиц перед гражданином; гражданин также вправе лично участвовать в таких делах.

Согласно п. 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13 октября 2015 года №45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» всем имуществом должника, признанного банкротом (за исключением имущества, не входящего в конкурсную массу), распоряжается финансовый управляющий (п. 56 и 7 ст. 213.25 Закона о банкротстве).

Заявитель Л.Р.И. решением Арбитражного суда Сахалинской области от 3 июля 2018 года был признан банкротом и финансовым управляющим назначена Ш.Т.Ю.

Спорное имущество – транспортное средство марки «Lexus LX 570» является предметом залога и включено в конкурсную массу.

Из анализа указанных правовых норм следует, что вопросы  относительно имущества гражданина, включённого в конкурсную массу, могут быть инициированы в суде только финансовым управляющим, тогда как за гражданином такое право сохранено только в отношении имущества, которое исключено из конкурсной массы.

Поскольку транспортное средство «Lexus LX 570» включено в конкурсную массу, за счёт продажи которого будет производиться погашение требований кредиторов, постольку правом на обращение с заявлением о снятии ограничительных мер обладает только финансовый управляющий.

В соответствии с абз. 4 ст. 222 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оставляет заявление без рассмотрения в случае, если заявление подписано или подано лицом, не имеющим полномочий на его подписание или предъявление иска.

При таких данных суд первой инстанции необоснованно рассмотрел заявление Л.Р.И. по существу, в связи с чем обжалуемое определение  было отменено, а заявление  Л.Р.И оставлено без рассмотрения.

 

Ненадлежащее обращение потребителя финансовых услуг к финансовому управляющему является основанием для оставления искового заявления без рассмотрения заявления в связи с несоблюдением установленного законом досудебного порядка урегулирования спора

 

М. обратился в суд с иском к Публичному акционерному обществу Страховой Компании «Росгосстрах» (далее – ПАО СК «Росгосстрах») о взыскании вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия (далее-ДТП). В обоснование заявленных требований указал, что 28 января 2019 года в г. Южно-Сахалинске на пересечении улиц Ленина и Пуркаева произошло дорожно-транспортное происшествие с участием транспортных средств Ссанг Енг Кайрон, под управлением М. и Субару Форестер, под управлением С.

Виновным в ДТП признан С., однако ответчик отказал выплатить страховое возмещение по причине  нарушения М. установленного порядка обращения к финансовому управляющему, с чем М. не согласен, так как заявление финансовому управляющему было подписано и подано представителем истца, имеющим нотариально удостоверенную доверенность.

21 января 2020 года решением Южно-Сахалинского городского суда Сахалинской области исковые требования М. удовлетворены частично: с ПАО СК «Росгосстрах» в пользу М. взысканы страховая выплата в размере 53 726 рублей, судебные расходы в размере 13 248 рублей 60 копеек, всего 66 974 рубля 60 копеек. В удовлетворении остальной части исковых требований, заявления о взыскании судебных расходов отказано. С ПАО СК «Росгосстрах» в доход бюджета муниципального образования городского округа «Город Южно-Сахалинск» взыскана государственная пошлина в размере 1 811 рублей 78 копеек.

Проверив дело по апелляционной жалобе представителя ответчика ПАО СК «Росгосстрах», судебная коллегия  отменила решение суда первой инстанции, а исковое заявление М. оставила без рассмотрения, указав следующее.

Согласно положениям статьи 222 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оставляет заявление без рассмотрения, в том числе, в случае, если истцом не соблюден установленный федеральным законом для данной категории дел досудебный порядок урегулирования спора.

В соответствии с абзацем 3 пункта 1 статьи 16.1 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» при наличии разногласий между потерпевшим, являющимся потребителем финансовых услуг, определенным в соответствии с Федеральным законом «Об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг», и страховщиком относительно исполнения последним своих обязательств по договору обязательного страхования до предъявления к страховщику иска, вытекающего из неисполнения или ненадлежащего исполнения им обязательств по договору обязательного страхования, несогласия указанного в настоящем абзаце потерпевшего с размером осуществленной страховщиком страховой выплаты, несоблюдения станцией технического обслуживания срока передачи указанному в настоящем абзаце потерпевшему отремонтированного транспортного средства, нарушения иных обязательств по проведению восстановительного ремонта транспортного средства указанный в настоящем абзаце потерпевший должен направить страховщику письменное заявление, а страховщик обязан рассмотреть его в порядке, установленном Федеральным законом «Об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг».

Согласно части 4 статьи 16 Федерального закона от 4 июня 2018 года № 123-ФЗ «Об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг» потребитель финансовых услуг вправе направить обращение финансовому уполномоченному после получения ответа финансовой организации либо в случае неполучения ответа финансовой организации по истечении соответствующих сроков рассмотрения финансовой организацией заявления потребителя финансовых услуг, установленных частью 2 настоящей статьи.

Исходя из части 5 статьи 32 Федерального закона от 4 июня 2018 года № 123-ФЗ «Об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг» при обращении в суд с 1 июня 2019 года потребители финансовых услуг должны представить доказательства соблюдения обязательного досудебного порядка урегулирования споров со страховыми организациями по договорам обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств (ОСАГО), добровольного страхования транспортных средств (КАСКО), добровольного страхования гражданской ответственности владельцев автотранспортных средств (ДСАГО).

В качестве подтверждения соблюдения досудебного порядка урегулирования спора потребитель должен приложить к исковому заявлению в суд либо решение финансового уполномоченного, либо соглашение с финансовой организацией (в случае, если финансовая организация не исполняет его условия), либо уведомление о принятии обращения к рассмотрению или об отказе в принятии обращения к рассмотрению (статья 15часть 4 статьи 25 названного Закона).

Судом первой инстанции указанные нормы процессуального права при рассмотрении дела не учтены.  

Из материалов дела следует, что истец М. обращался к финансовому уполномоченному по правам потребителей финансовых услуг в сфере страхования не лично, а через своего представителя П., действующего на основании доверенности 65 АА №  0825167 от 19 апреля 2019 года.

20 июня 2019 года в адрес П. направлено уведомление № У-19-1261/2020-001 об отказе в принятии обращения к рассмотрению ввиду того, что П. не является потребителем финансовых услуг по смыслу Федерального закона «Об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг», либо законным представителем потребителя М., либо лицом, которому уступлено право требования финансовых услуг.

Учитывая, что согласно положениям Федерального закона от 4 июня 2018 года № 123-ФЗ «Об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг», которые были предметом исследования Конституционного суда Российской Федерации в определении от 19 декабря 2019 года №3566-О, обращение направляется потребителем финансовых услуг лично, за исключением случаев законного представительства, представленное истцом уведомление об отказе в принятии обращения представителя П. не может свидетельствовать о соблюдении досудебного порядка урегулирования спора.

Доводы истца о том, что договор ОСАГО в отношении ответственности виновного в причинении ущерба заключен до введения в действие положений Федерального закона от 4 июня 2018 года № 123-ФЗ «Об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг», в связи с чем обращение к финансовому уполномоченному для М. не является обязательным, судебная коллегия нашла несостоятельным, поскольку в отношении страховых организаций, осуществляющих деятельность по ОСАГО, положения Федерального закона «Об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг» применяются с 1 июня 2019 года.

Поскольку доказательств, подтверждающих соблюдение М. обязательного для данной категории споров досудебного порядка по личному обращению потребителя финансовой услуги к финансовому уполномоченному по правам потребителей финансовых услуг не представлено, судебная коллегия отменила решение суда первой инстанции, а исковое заявление М. оставила без рассмотрения.

 

Если нахождение на государственном учете ранее снесенного объекта недвижимости нарушает права гражданина, такой объект подлежит снятию с учета

 

К. и К.Е.Н. обратились в суд с исковым заявлением к Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Сахалинской области, К.А.Н. о возложении обязанности снять с государственного кадастрового учета объект недвижимости.

В обоснование заявленных требований указали, что являются совместными собственниками земельного участка с кадастровым номером 65:08:0000046:9,  площадью 1331 кв.м. Право собственности на участок зарегистрировано 26 сентября 2004 года на основании договора купли-продажи от 20 августа 2004 года. После строительства на данном участке ими садового дома, при производстве кадастровых работ было выявлено, что на земельном участке числится жилой дом без зарегистрированных прав с адресом: с. Люблино, ул. Пушкина, д. 90, год постройки 1949. Указали, что остатки этого дома были снесены в 2009 году в связи с постройкой садового дома. По договору купли-продажи земельного участка от 20 августа 2004 года жилой дом в связи с его разрушением и отсутствием на него документов у продавца не был предметом сделки. Оформив актом обследования отсутствие объекта недвижимости с кадастровым номером 65:08:0000046:1354, истцы обратились в ГБУ Сахалинской области «МФЦ» с заявлением в Управление Росреестра по Сахалинской области об осуществлении снятия с кадастрового учета без регистрации права собственности. Между тем государственный кадастровый учет был приостановлен, истцам направлено уведомление от 7 октября 2019 года, где было указано, что причиной приостановления является непредставление правоустанавливающих документов на жилой дом, а также то, что с данным заявлением вправе обратиться только собственник объекта недвижимости. Указав, что запись в ЕГРН о существовании жилого дома с адресом: Холмский район, с. Люблино, ул. Пушкина, д. 90, не соответствует признакам достоверности и нарушает их прав истцы просили возложить обязанность на Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Сахалинской области снять с государственного кадастрового учета объект недвижимости путем внесения записи в ЕГРН о прекращении существования жилого дома, расположенного по адресу: Сахалинская обл., Холмский район, с. Люблино, ул. Пушкина, д. 90, с кадастровым номером 65:08:0000046:1354, с даты вступления в силу решения суда.

Решением Холмского городского суда от 26 февраля 2020 года в удовлетворении исковых требований отказано.

Проверив дело по апелляционной жалобе истцов, судебная коллегия  отменила решение суда первой инстанции по основанию, предусмотренному пунктом 4 части первой статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с неправильным применением судом первой инстанции норм материального права.

Из дела видно, что К. и К.Е.Н. являются собственниками земельного участка, расположенного по адресу: Холмский район, с. Люблино, ул. Пушкина, д. 90, с кадастровым номером 65:08:0000046:9, что подтверждается договором купли-продажи от 20 августа 2004 года и записью о регистрации права от 16 сентября 2004 года №65-01-09-4/2004-1081.

Согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости от 22 ноября 2019 года на указанном земельном участке зарегистрировано расположение индивидуального жилого дома, 1949 года постройки, с отсутствием сведений о зарегистрированных на него за кем-либо правах.

Как установлено судом первой инстанции, фактически данный индивидуальный дом на земельном участке истцов отсутствует, поскольку был разрушен в виду его ветхости.

Указанное обстоятельство подтверждается актом обследования, произведённым кадастровым инженером Ч., межевым планом земельного участка, где отсутствует указание о расположении на нём какого-либо строения.

Разрешая требования и отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции, применив положения Федерального закона от 13 июля 2015 года №218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости», указал, что действия территориального управления Росреестра по отказу в снятии указанного выше дома с регистрационного учёта подлежат проверке  в порядке производства по делам, возникающих из публичных правоотношений.

В соответствии с пунктом 2 части второй статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации неправильным применением норм материального права является применение закона, не подлежащего применению.

Из искового заявления следует, что требования истцов направлены на защиту права собственности в порядке устранения существующего препятствия в его пользовании и не заявлялись требования, которыми оспаривались действия территориального управления Росреестра по отказу в совершении регистрационных действий, в связи с чем выводы суда о необходимости проверки действий публичного органа в ином судопроизводстве являются ошибочными, что повлекло принятие незаконного решения.

Согласно статье 304 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 235 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности прекращается при отчуждении собственником своего имущества другим лицам, отказе собственника от права собственности, гибели или уничтожении имущества и при утрате права собственности на имущество в иных случаях, предусмотренных законом.

Согласно пункту 2 части 2 статьи 15 названного выше Федерального закона при осуществлении государственного кадастрового учета без одновременной регистрации прав такой государственный кадастровый учет осуществляется по заявлению собственника здания, сооружения, объекта незавершенного строительства, - при государственном кадастровом учете в связи с прекращением существования таких объектов недвижимости, права на которые не зарегистрированы в Едином государственном реестре недвижимости.

Между тем, как установлено в ходе рассмотрения дела, зарегистрированный на земельном участке объект недвижимости, который фактически отсутствует и прекратил своё существование как объект гражданских правоотношений, собственника не имеет, что лишает возможности осуществить его снятие с регистрационного учёта в установленном законом порядке.

Частью 1 статьи 14 названного Федерального закона установлено, что государственный кадастровый учет и (или) государственная регистрация прав осуществляются на основании заявления, за исключением установленных настоящим Федеральным законом случаев, и документов, поступивших в орган регистрации прав в установленном настоящим Федеральным законом порядке.

Согласно пункту 5 части 2 статьи 14 Федерального закона основаниями для осуществления государственного кадастрового учета и (или) государственной регистрации прав являются, в том числе, вступившие в законную силу судебные акты.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 52 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. №10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», зарегистрированное право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке. Поскольку при таком оспаривании суд разрешает спор о гражданских правах на недвижимое имущество, соответствующие требования рассматриваются в порядке искового производства.   

Поскольку строение, не имеющее собственника, снесено, не является объектом гражданских правоотношений, а право на него осталось зарегистрированным, противоречия между правами на недвижимость и сведениями о них, содержащихся в реестре, устраняются судом путём возложения на регистрирующий орган обязанности внести запись о прекращении его существования.

Иной  способ защиты прав собственника земельного участка, на котором значится зарегистрированным несуществующий объект недвижимости, отсутствует.

В силу изложенного судебная коллегия отменила решение суда первой инстанции и приняла решение, которым возложила на Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Сахалинской области обязанность снять с государственного кадастрового учета объект недвижимости путем внесения записи в ЕГРН о прекращении существования жилого дома, значащегося на принадлежащем К. и К.Е.Н. земельном участке.

 

Судебная практика по административным делам

 

Административный иск налогового органа о взыскании обязательных платежей, при котором заявлено ходатайство о восстановлении пропущенного срока на его подачу в суд и административный истец не обращался с заявлением о выдаче судебного приказа, подлежит рассмотрению в районном суде

 

Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 5 по Сахалинской области обратилась в Корсаковский городской суд с административным иском к К. о взыскании налога на имущества физических лиц, пени. Одновременно налоговым органом заявлено ходатайство о восстановлении пропущенного процессуального срока на обращение с указанным иском.

Определением судьи Корсаковского городского суда от 20 апреля 2020 года административный иск Межрайонной ИФНС России № 5 по Сахалинской области возвращен на основании пункта 8 части 1 статьи 129 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

Возвращая административный иск Межрайонной ИФНС России № 5 по Сахалинской области к К. о взыскании налога на имущество физических лиц и пени, судья исходил из того, что с заявлением о выдаче судебного приказа административный истец не обращался в связи с пропуском срока для обращения в суд с указанным заявлением, определение об отказе в принятии либо об отмене судебного приказа не выносилось.

С данным выводом апелляционная инстанция Сахалинского областного суда не согласилась по следующим основаниям.

Согласно частям 1 и 2 статьи 286 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации органы государственной власти, иные государственные органы, органы местного самоуправления, другие органы, наделенные в соответствии с федеральным законом функциями контроля за уплатой обязательных платежей, вправе обратиться в суд с административным исковым заявлением о взыскании с физических лиц денежных сумм в счет уплаты установленных законом обязательных платежей и санкций, если у этих лиц имеется задолженность по обязательным платежам, требование контрольного органа об уплате взыскиваемой денежной суммы не исполнено в добровольном порядке или пропущен указанный в таком требовании срок уплаты денежной суммы и федеральным законом не предусмотрен иной порядок взыскания обязательных платежей и санкций.

Административное исковое заявление о взыскании обязательных платежей и санкций может быть подано в суд в течение шести месяцев со дня истечения срока исполнения требования об уплате обязательных платежей и санкций. Пропущенный по уважительной причине срок подачи административного искового заявления о взыскании обязательных платежей и санкций может быть восстановлен судом.

На основании пункта 2 статьи 48 Налогового кодекса Российской Федерации заявление о взыскании подается в суд общей юрисдикции налоговым органом в течение шести месяцев со дня истечения срока исполнения требования об уплате налога, сбора, пеней, штрафов, если иное не предусмотрено настоящим пунктом.

Пунктом 3 статьи 48 Налогового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что рассмотрение дел о взыскании налога, сбора, пеней, штрафов за счет имущества физического лица производится в соответствии с законодательством об административном судопроизводстве.

Требование о взыскании налога, сбора, пеней, штрафов за счет имущества физического лица может быть предъявлено налоговым органом в порядке искового производства не позднее шести месяцев со дня вынесения судом определения об отмене судебного приказа. Пропущенный по уважительной причине срок подачи заявления о взыскании может быть восстановлен судом.

Таким образом, в случае пропуска для обращения в суд с заявлением  о взыскании обязательных платежей и санкций, судебная процедура рассмотрения требований налогового органа не может быть начата без восстановления срока для обращения в суд.

Согласно пункту 3 части 3 статьи 123.4 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации судья отказывает в принятии заявления о вынесении судебного приказа, в том числе в случае, если из заявления и приложенных к нему документов усматривается, что требование не является бесспорным.

Из системного анализа приведенных выше правовых норм следует, что при отсутствии спора по требованию налоговый орган вправе обратиться к мировому судье с заявлением о выдаче судебного приказа о взыскании с физического лица налога, сбора, пеней, штрафов, однако пропуск установленного законом срока для обращения в суд препятствует вынесению судебного приказа.

Учитывая, что Межрайонная ИФНС России № 5 по Сахалинской области, обращаясь с вышеуказанным административным иском, одновременно заявила ходатайство о восстановлении пропущенного срока на его подачу в суд, административное дело по вышеуказанному иску подлежит рассмотрению в районном суде. Производство в порядке, установленном главой 11.1 Кодекса административного судопроизводства Российской федерации, в рассматриваемом случае невозможно.

При таких обстоятельствах определение о возврате административного искового заявления Межрайонной ИФНС России № 5 по Сахалинской области к К. о взыскании налога на имущество физических лиц и пени  отменено, материал направлен в Корсаковский городской суд для рассмотрения со стадии принятия административного искового заявления к производству суда.

 

Действия (бездействие) должностных лиц, связанные с применением мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении, которые не могут оказать влияние на вывод о виновности либо невиновности лица, в отношении которого ведется производство по делу, могут быть обжалованы им в порядке, предусмотренном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации

 

С. обратился в суд с административным иском, в порядке главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, обжалуя действия старшего инспектора ДПС ОСР УМВД России по Сахалинской области, выразившиеся в задержании 23 февраля 2020 года и перемещении на специализированную стоянку принадлежащего ему на праве собственности автомобиля.

Административный истец счел незаконным применение административным органом в процессе производства по делу мер обеспечения в виде задержания транспортного средства и помещения его с помощью специализированного автомобиля на охраняемую площадку с последующей оплатой услуг стоянки.

Определением судьи Южно-Сахалинского городского суда от 10 марта 2020 года в принятии к производству суда административного искового заявления отказано ввиду того, что данный спор подлежит рассмотрению в ином порядке, на основании пункта 2 части 1 статьи 128 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

Отказывая в принятии административного иска, судья руководствовалась положениями пункта 1 части 1 статьи 128 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации и исходила из того, что указанное заявление подлежит рассмотрению в порядке, предусмотренном главой 30 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Судья апелляционной инстанции с данным выводом не согласился  по следующим  основаниям.

Из разъяснений, содержащихся в абзаце 4 пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 сентября 2016 года № 36 «О некоторых вопросах применения судами Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации», следует, что к административным делам, рассматриваемым по правилам КАС РФ, относятся дела, возникающие из правоотношений, не основанных на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности их участников, в рамках которых один из участников правоотношений реализует административные и иные публично-властные полномочия по исполнению и применению законов и подзаконных актов по отношению к другому участнику.

Положения части 1 статьи 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации предоставляют гражданину право обратиться в суд, в том числе с требованиями об оспаривании бездействия органа государственной власти иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, если он полагает, что нарушены его права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению прав, свобод и реализации законных интересов.

При этом к решениям относятся акты органов, осуществляющих публичные правомочия, их должностных лиц, содержащие властное волеизъявление, порождающее правовые последствия для конкретных граждан и организаций.

В соответствии с частью 1 статьи 27.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях при нарушениях правил эксплуатации транспортного средства и управления транспортным средством соответствующего вида, ответственность за которые установлена частью 2 статьи 12.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в качестве меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении применяется задержание транспортного средства.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 июня 2019 года № 20 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», действия (бездействие) должностных лиц, связанные с применением мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении (например, связанные с задержанием транспортного средства или его возвратом после устранения причины задержания), которые не могут оказать влияние на вывод о виновности либо невиновности лица, в отношении которого ведется производство по делу, но повлекшие нарушение прав и свобод участников производства по делу, могут быть обжалованы ими в порядке, предусмотренном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации.

Таким образом, применение мер обеспечения, связанных с задержанием транспортного средства или его возвратом после устранения причины задержания, является властно-распорядительными действиями, предпринимаемыми уполномоченным органом в рамках законных полномочий по осуществлению их деятельности, следовательно, по своей правовой природе могут быть обжалованы в порядке, предусмотренном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации.

Возможность рассмотрения вопроса об оказании влияния действий должностных лиц, связанных с применением мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении на вывод о виновности либо невиновности лица, в отношении которого ведется производство по делу, на стадии принятия настоящего административного иска к производству суда, исключена.

Учитывая, что законодательством не предусмотрено иного вида судопроизводства для оспаривания решений органов государственной власти, кроме как в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, отсутствуют иные причины для отказа в принятии или возвращения, оставления без движения административного искового заявления, и оно подлежало принятию к производству, определение судьи отменено с направлением административного иска в суд первой инстанции для принятия к производству суда.

 

Судебная практика по делам об административных правонарушениях

 

Дела об административных правонарушениях, предусмотренных частью 2 статьи 6.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и совершенных военнослужащими, рассматриваются судьями гарнизонных военных судов.

 

Постановлением судьи Южно-Сахалинского городского суда от 13 апреля 2020 года К. привлечен к административной ответственности, предусмотренной частью 2 статьи 6.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и подвергнут административному наказанию в виде административного штрафа в размере 15 000 рублей.

На указанное постановление лицом, привлеченным к административной ответственности, принесена жалоба, в которой он просил об отмене судебного постановления и прекращении производства по делу в связи с нарушением процедуры привлечения его к административной ответственности и недоказанностью обстоятельств, на основании которых вынесено постановление.  

Решением судьи Сахалинского областного суда постановление судьи отменено, дело об административном правонарушении, предусмотренном частью 2 статьи 6.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении К. направлено на рассмотрение по подведомственности в Южно-Сахалинский гарнизонный военный суд.

Отменяя указанный акт, судья указал следующее.

Согласно части 1 статьи 47 Конституции Российской Федерации никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом.

В соответствии со статьей 24.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях задачами производства по делу об административном правонарушении являются всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом.

Исходя из положений части 1 статьи 1.6  Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, обеспечение законности при применении мер административного принуждения предполагает не только наличие законных оснований для применения административного наказания, но и соблюдение установленного законом порядка привлечения лица к административной ответственности.

В части 2 статьи 2.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях закреплено, что за административные правонарушения, предусмотренные, в частности, статьей 6.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, военнослужащие несут административную ответственность на общих основаниях.

Согласно части 3 статьи 23.1 названного Кодекса дела об административных правонарушениях, предусмотренных, в частности, частью 2 статьи 6.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и совершенных военнослужащими, рассматриваются судьями гарнизонных военных судов.

При рассмотрении жалобы установлено, что К. на момент производства по данному делу проходил службу в вооруженных силах Российской Федерации и являлся прапорщиком в войсковой части № 2067-Ю в поселке Южно-Курильск. Указанные обстоятельства К. сообщил сотрудникам полиции при производстве по данному делу, что зафиксировано в составленном в отношении него протоколе об административном правонарушении и в объяснении К. от 11 апреля 2020 года. При обжаловании постановления по делу факт прохождения службы в войсковой части № 2067-Ю К. подтвердил документально.

Вместе с тем при рассмотрении дела о привлечении  К. к административной ответственности по части 2 статьи 6.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях судьей не учтено то обстоятельство, что К. является военнослужащим, что повлекло рассмотрение дела с нарушением правил подведомственности и привело к отмене обжалованного постановления с направлением дела на рассмотрение по подведомственности в Южно-Сахалинский гарнизонный военный суд.

 

Использование по делу доказательства, полученного с нарушением закона, повлекло отмену судебного постановления с прекращением производства по делу в связи с недоказанностью обстоятельств, на основании которых оно вынесено

 

Постановлением судьи Южно-Сахалинского городского суда от 27 апреля 2020 года Ж. привлечен к административной ответственности, предусмотренной частью 2 статьи 6.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и ему назначено наказание в виде административного штрафа в размере 15 000 рублей.

На указанное постановление лицом, привлеченным к административной ответственности, принесена жалоба, в которой он просил об отмене указанного постановления и прекращении производства по делу.

Решением судьи Сахалинского областного суда постановление судьи отменено, производство по делу прекращено в связи с недоказанностью обстоятельств, на основании которых оно вынесено.

Отменяя указанный акт, судья указал следующее.

В соответствии с частью 1 статьи 1.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях лицо, привлекаемое к административной ответственности, не может быть подвергнуто административному наказанию и мерам обеспечения производства по делу об административном правонарушении иначе как на основаниях и в порядке, установленных законом.

Положения указанной статьи Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в обеспечение законности при применении мер административного принуждения предполагают не только наличие законных оснований для применения административного взыскания, но и соблюдение установленного законом порядка привлечения лица к административной ответственности.

Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях гарантирует соблюдение прав лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении не только при применении к такому лицу мер обеспечения производства по делу, но и при составлении протокола об административном правонарушении.

Согласно части 1 статьи 28.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях о совершении административного правонарушения составляется протокол, за исключением случаев, предусмотренных статьей 28.4, частями 1, 3 и 4 статьи 28.6 названного Кодекса.

В протоколе об административном правонарушении указываются дата и место его составления, должность, фамилия и инициалы лица, составившего протокол, сведения о лице, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении, фамилии, имена, отчества, адреса места жительства свидетелей и потерпевших, если имеются свидетели и потерпевшие, место, время совершения и событие административного правонарушения, статья указанного Кодекса или закона субъекта Российской Федерации, предусматривающая административную ответственность за данное административное правонарушение, объяснение физического лица или законного представителя юридического лица, в отношении которых возбуждено дело, иные сведения, необходимые для разрешения дела (часть 2 статьи 28.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях).

В силу части 4 статьи 28.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях физическому лицу или законному представителю юридического лица, в отношении которых возбуждено дело об административном правонарушении, должна быть предоставлена возможность ознакомления с протоколом об административном правонарушении. Указанные лица вправе представить объяснения и замечания по содержанию протокола, которые прилагаются к протоколу.

В случае неявки физического лица, или законного представителя физического лица, или законного представителя юридического лица, в отношении которых ведется производство по делу об административном правонарушении, если они извещены в установленном порядке, протокол об административном правонарушении составляется в их отсутствие. Копия протокола об административном правонарушении направляется лицу, в отношении которого он составлен, в течение трех дней со дня составления указанного протокола (часть 4.1 статьи 28.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях).

Согласно части 6 статьи 28.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях физическому лицу или законному представителю юридического лица, в отношении которых возбуждено дело об административном правонарушении, а также потерпевшему вручается под расписку копия протокола об административном правонарушении.

Толкование положений частей 4, 4.1, 6 статьи 28.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в их системной взаимосвязи позволяет прийти к выводу о том, что изменение сведений, ранее внесенных в протокол об административном правонарушении, производятся в присутствии лица, в отношении которого составлен протокол об административном правонарушении. В его отсутствие такие изменения могут быть внесены в названный процессуальный акт только при наличии сведений о надлежащем извещении такого лица.

Иное толкование вышеприведенных норм Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях означало бы нарушение прав лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении.

Таким образом, указанными выше нормами лицу, привлекаемому к административной ответственности, обеспечивается правовая возможность для защиты прав и законных интересов и его непосредственное участие при составлении протокола по делу об административном правонарушении и внесении изменений в него. Административный орган не вправе в одностороннем порядке самовольно вносить изменения в указанный протокол.

При рассмотрении жалобы установлено, что в протокол об административном правонарушении, составленный в отношении Ж., должностным лицом внесены изменения в части даты совершения административного правонарушения без извещения лица, привлекаемого к административной ответственности.

Из протокола об административном правонарушении от 24 апреля 2020 года, имеющегося в деле, усматривается, что административное правонарушение совершено Ж. 21 апреля 2020 года в 12 часов 15 минут. Дата и время правонарушения в указанном протоколе исправлены  путем обведения ранее отраженной в нем информации. При этом в протоколе, с которым ознакомлен Ж., указано, что административное правонарушение совершено им 27 апреля 2020 года в 12 часов 15 минут.

Камерами наружного видеонаблюдения системы «Безопасный город» Ж. зафиксирован вне жилого помещения 21 апреля 2020 года в 12 часов 31 минуту.

Подобное устранение недостатков протокола об административном правонарушении не отвечает требованиям Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. Такие недостатки подлежат устранению путем внесения в протокол соответствующих исправлений либо путем составления нового протокола. При этом должны быть соблюдены требования статьи 28.2 Кодекса Российской федерации об административных правонарушениях и обеспечены установленные данной нормой и статьей 25.1 Кодекса Российской Федерации об административных  правонарушениях гарантии прав защиты лица, в отношении которого возбуждено производство по делу об административном правонарушении. 

Требования статьи 28.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях при внесении изменений в протокол об административном правонарушении должностным лицом выполнены не были, возможность своевременно реализовать гарантии защиты Ж. не обеспечена.

Указанное процессуальное нарушение свидетельствовало об использовании по делу доказательства, полученного с нарушением закона, что повлекло отмену судебного постановления с прекращением производства по делу в связи с недоказанностью обстоятельств, на основании которых оно вынесено.

В соответствии с пунктом 4 части 1 статьи 29.4 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях протокол об административном правонарушении, составленный с нарушением требований статьи 28.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях,  подлежал возвращению составившему его должностному лицу для устранения недостатков на стадии подготовки дела к рассмотрению.

 

 

Судебные коллегии по уголовным, гражданским и административным делам Сахалинского областного суда

опубликовано 28.10.2020 06:38 (МСК)

 

  


             Пресс-служба
         судебной системы
      Сахалинской области

ПОИСК